Вечером в пятницу на окраине Санкт-Петербурга произошла массовая драка между выходцами из Таджикистана и Узбекистана. Причиной столкновения оказались расхождения в трактовке перевода поэмы персидского поэта Фирдоуси.

Хаким Абдулькасим Фирдоуси Туси жил на рубеже первого и второго тысячелетий в Саманидском царстве, на территории нынешнего Ирана. Народ, живший в этих местах, впоследствии разделился на несколько этносов, в том числе узбекский и таджикский, что породило не только споры о национальной идентичности Фирдоуси, но и различное понимание смысла написанной на персидском языке исторической части поэмы Шахнаме, которую поэт писал около 35 лет.

«3 сентября в закусочной «Хабиби» во Фрунзенском районе Петербурга слесарь-сантехник Жилкомсервиса №2 Анушервон Бехрузов в присутствии узбекских коллег зачитывал выдержки из своей кандидатской диссертации, посвящённой переводам одного из таджикских писателей. Это спровоцировало дискуссию, а затем конфликт, в котором приняли участие работники Жилкомсервиса и соседней стройки», — сообщает ГУВД Петербурга.

По оценкам полиции, в драке приняло участие более ста человек. Они использовали куски арматуры, камни, сантехнический инструмент. 25 человек задержано, 14 госпитализировано. Рукопись и автореферат диссертации Анушервона Бехрузова «Зависимость семантики отглагольных прилагательных в поэме Фирдоуси «Шахнаме» от утраченных при переводе персидских надстрочных знаков» изъяты и переданы на экспертизу в ФСБ.

Во избежание повторения инцидента петербургская полиция категорически запретила проведение диспута о творчестве поэта Низами Гянджеви, жившего в XIII веке нашей эры.

Уже не та, что год назад...

Давно не та, что пять и десять...

Не строю жизнь я наугад,

пытаюсь все понять и взвесить...

Уже я знаю, что к чему...

Уже я знаю, кто мне нужен...

Кто любит — дарит теплоту,

а кто обижен — тот простужен.

Ошибки учат все ценить,

прощать обиды, верить людям...

Теперь я знаю, жизнь — как миг!

Второго шанса жить не будет...

Всё что ни делается — всё к лучшему. Следовательно — лучшее неизбежно!